Возможна ли частная собственность без государства

Что такое частная собственность на землю и когда она возникает?

Возможна ли частная собственность без государства

Согласно Конституции РФ земля является собственностью всех граждан. А значит каждый желающий может стать её владельцем.

О тонкостях таких отношений, плюсах и минусах частного распоряжения расскажут специалисты.

Что это такое. Виды частной собственности на землю

Право частного владения землёй — это такой вид собственности, при которой владение, распоряжение ею принадлежит физическому лицу или компании.

Предметом отношений в этом случае будет участок в установленных законом границах, который был получен при соблюдении определённой процедуры. При этом распоряжаться можно не только почвой, но и всеми водоёмами, лесом, которые расположены на территории надела. Если, конечно, это не запрещено законодательно.

Владеть земельным участком на праве частной собственности могут:

  • граждане РФ;
  • организации всех форм собственности;
  • иностранцы;
  • лица без гражданства;
  • компании, зарегистрированные за рубежом.

Существуют такие виды частного владения земельным участком:

Объединяться для совместного владения участком могут как обычные люди, так и несколько компаний.

Законодательство

Право на владение земельным участком регулируется такими законодательными документами:

  • Конституция РФ;
  • Земельный Кодекс;
  • различные Федеральные Законы.

Учитывать надо и распоряжения местных органов власти.

Какие участки могут быть в частной собственности?

В индивидуальном владении у граждан и компаний могут быть следующие участки:

  • признанные такими федеральными законами;
  • право собственности возникло во время разграничения государственных владений на землю;
  • участок был приобретён одним из способов, указанных в Гражданском Кодексе;
  • надел был отдан в безвозмездное использование федеральными органами.

Под последнюю категорию подпадают:

  • заповедники и национальные парки;
  • земли, на которых размещены здания, отданные под нужды армии;
  • участки, на которых располагаются строения военных судов;
  • земли, где есть сооружения федеральной службы безопасности;
  • те, на которых размещены органы государственной безопасности;
  • отданные для атомной электростанции, под хранение радиоактивных веществ, ядерного материала;
  • объекты, на которых созданы закрытые административные образования;
  • участки, где размещены тюрьмы;
  • на которых располагаются воинские и гражданские кладбища;
  • места, где находятся сооружения для коммуникации.

Есть ещё и земли, оборот которых ограничен:

  • особо охраняемые участки;
  • земли лесного фонда;
  • если в пределах надела имеются водные объекты, которые принадлежат государству;
  • связанные с культурным наследием;
  • отданные для органов обороны, таможни;
  • на территории которых размещены сооружения для строительства или ремонта транспорта;
  • занятые космической инфраструктурой или гидротехникой;
  • там, где производят ядовитые или наркотические вещества;
  • загрязнённые территории;
  • земли, оставленные для нужд муниципалитета или федеральных властей;
  • близко расположенные территории от воды, используемой для питья или хозяйственных нужд.

Такие участки не могут быть куплены или подарены частному лицу или организации.

Кто в России может иметь право частной собственности на землю?

Право частной собственности на земельный участок может предоставляться правоспособным гражданам и юридическим лицам.

Земельный Кодекс определяет права иностранцев, лиц без гражданства, юридических иностранных компаний на приобретение земли. Так, есть некоторые ограничения:

  • эта категория лиц может только арендовать землю под ведение сельского хозяйства, если их доля в уставном капитале больше 50%;
  • иностранцы, лица без гражданства, компании не могут иметь право собственности на земли, которые расположены на приграничных территориях;
  • получить участок в закрытой административной организации могут только граждане РФ, которые там живут или те компании, что зарегистрированы в таком месте. Все другие лица приватизировать земли могут только по решению местных властей и согласованию с федеральными органами;
  • граждане РФ, иностранные компании, которые владеют зданиями, расположенными на частной территории имеют преимущественное право на аренду или покупку их.

Основания и процедура отчуждения земельного участка, находящегося в частной собственности

Право владения земельным участком может прекращаться в таких случаях:

  • при передаче земельного участка другим лицам;
  • если собственник сам отказывается от права владения;
  • взыскание участка за долги собственника;
  • земля использовалась не по назначению;
  • при эксплуатации участка с нарушением законодательства;
  • временное изъятие земли на время стихийных бедствий, эпидемий с целью защиты интересов граждан;
  • отнятие участка в интересах государства или муниципалитета;
  • национализация земель;
  • конфискация;
  • отчуждение участка, если по закону он не может принадлежать этому человеку.

В том случае, когда собственник добровольно отказывается от земли, он должен оформить соответствующие документы у нотариуса. А также владелец имеет право подарить, продать, завещать своё имущество.

При временном изъятии участка его владельцу выдают соответствующий документ и выплачивают размер возможного убытка, а когда заканчиваются обстоятельства, на основании которых землю забрали, собственник может получить её обратно.

Когда участок забирают в интересах государства или муниципалитета, то владельца за год до события письменно уведомляют о нём, выплачивают стоимость участка или предоставляют равноценный в другом месте.

Если земля забирается за долги, то нужно получить соответствующее решение суда, произвести опись и оценку участка. Потом он продаётся на аукционе, гасятся долговые обязательства, а разница отдаётся владельцу.

Земельный участок могут забрать, если его использовали не по назначению или с нарушениями законодательства. В этом случае, владельца должны письменно уведомить о таком решении. Если он с ним согласен, то землю продают с торгов. В другом случае обращаться надо в суд.

При отчуждении участка, если он не может принадлежать этому человеку, то такое решение принимает суд.

Национализация может осуществляться двумя путями: как безвозмездное изъятие или полный, либо частичный выкуп.

Что такое личная собственность на землю и чем она отличается от частной

Частная собственность на землю предполагает не только владение, но и возможность свободного распоряжения ею. То есть в этом случае участок можно продать, сдать в аренду, использовать.

Плюсы и минусы частной собственности на землю

Несомненными преимуществами частной собственности на землю являются:

  • развитие экономического рынка;
  • возрастание товарооборота;
  • привлечение иностранных инвестиций;
  • поощрение разумного использования участка;
  • заставит граждан увеличивать своё состояние;
  • эффективное распределение ресурсов, их развитие.

Среди недостатков можно назвать только неравномерное распределение экономических благ, возможные конфликты в обществе, денежные расходы.

Частная собственность на землю позволяет обычному гражданину или целой организации владеть и самостоятельно распоряжаться ею. Однако существуют определённые ограничения на обладание, а также основания для отчуждение участка. Несомненно, такая форма владения имеет ряд преимуществ, в числе которых экономическое развитие как личное, так и государства в целом.

Не нашли ответа на свой вопрос? Звоните на телефон горячей линии 8 (800) 350-34-85. Это бесплатно.

Источник: https://zakonguru.com/nedvizhimost/zemelnyj/sobstvennost/chatnaja-plusy-i-minusy.html

Частное право без государства: можно ли убить Левиафана?

Возможна ли частная собственность без государства

«Всё течёт, всё меняется». И право, как нечто живое, подверженное неизбежному реформированию, казалось бы ушло далеко вперед от той парадигмы, в рамках которой право и государство ― явления, обусловливающие друг друга.

В современном мире набирают популярность такие тенденции как глобализация, интернационализация правовой науки и практики в целом, создаются наднациональные институты, развиваются системы транснационального правового регулирования. Иными словами, право в современных условиях выходит за рамки отдельного государства.

Возрастающая необходимость упрощения оборота, в том числе между резидентами различных юрисдикций, создает предпосылки для отделения частного права от государства.  

  • Но так ли это на самом деле?  
  • Действительно ли мощнейшая сила государства в современных условиях не так уж страшна? 
  • Возможно ли помыслить существование частного права без государства? 

Принимая во внимание, что истина, как правило, кроется в некой золотой середине, избегая ярко выраженного однополярного взгляда на поставленную проблему, мною все же будет предпринята попытка порассуждать над вопросом соотношения частного права и государства.

Безусловно, предлагаемая к обсуждению тема далека от более злободневных практико-ориентированных проблем, но мне кажется полезным порой отвлечься от насущных задач и задуматься, в какой парадигме мы живем сегодня и должно ли частное право оглядываться на некогда могущественный институт в лице государства. Недаром феномен государственной власти получил сравнение с библейским образом морского чудовища Левиафана из Книги Иова (Иов.  40:20 — 41:26), характеризующегося великой силой, бесстрашием и способностью уничтожить человеческую природу, а вместе с ней и присущее этой самой природе стремление к свободе.  

              Убийство Левиафана. Гравюра Гюстава Доре, 1865 год 

Забегая вперед, обозначу, что мое предпочтение будет отдано отрицательному ответу на поставленный вопрос: частное право без государства существовать не может.   

Мнение экспертов. 

Стимулом к этому скромному рассуждению послужило знакомство с двумя совместными работами профессоров, специалистов в области компаративистики и коллизионного права Ralf Michaels и Nils Jansen: «Private Law and the State: Comparative Perceptions and Historical Observations» и «Private Law Beyond the State? Europeanization, Globalization, Privatization».  

В частности, авторы полагают, что на национальном уровне право носит публичный характер, а на международном – исключительно частный. Так, участники транснационального рынка стремятся самостоятельно создавать нормы, используя принцип автономии воли и механизм выбора применимого права.

Речь идет о появлении новых правил lex mercatoria, о зарождении некой качественно новой сферы правового регулирования ― право Интернета, о развитии международных отраслевых норм, в частности, норм спортивного права.

По мнению профессоров, мы имеем дело со всеобщей тенденцией отделения частного права от государства, во всяком случае применительно к сфере международного частного права. Однако смысл существования правовых норм на любом уровне (как национальном, так и международном) реализуется в процессе их применения к конкретным правоотношениям.

И в этой части авторы словно выдвигают возражение сами себе: возможность выбора сторонами в качестве применимого права приведенных выше частных норм вызывает сомнения, поскольку для того, чтобы получить признание, такие частные нормы должны быть похожи на государственные (санкционированные государством).  

Почему это необходимо? Возможно, ответ прост, и причина кроется в том, что процесс сотворения права, игнорирующий такой традиционный механизм обеспечения его действия как сила государственного принуждения, уже нельзя будет признать таковым, и он трансформируется в процесс создания нечта иного? Безусловно, отдельные социальные группы и человеческое общество в целом способны самостоятельно вырабатывать некие стандарты поведения, следование которым ожидается от членов этого общества. Но здесь мы переходим в плоскость каких угодно иных видов социальных норм ― норм морали (нравственности), религиозных, корпоративных норм и т.д, но никак не правовых. Означает ли это, что как в области национального, так и в сфере международного частного права, процесс создания и применения норм права немыслим без одобрения суверена? 

Ключевая причина.  

Ralf Michaels и Nils Jansen утверждают, что идея производности частного права от суверена, на котором лежит обязанность «одобрения», ― не более чем фикция, и всегда была таковой применительно к сфере международного частного права.

Так, рассуждая о действительности транснационального частного права, авторы исследуемых статей предлагают исходить из трех аспектов: юридического (принятие нормы уполномоченным органом), социологического (норма обеспечивается принуждением, но не со стороны государственного аппарата), а также этического (норма должна быть морально оправдана).

Указанной теории вкупе с концепцией плюрализма источников, по мнению профессоров, достаточно для существования частного права на международно-правовом уровне.   

Рискну не согласиться с этим мнением, допускающим создание норм частного права без участия государства, и предположу, что суть заключается в такой экзистенциальной потребности человека как безопасность.

К этому тезису близка договорная теория происхождения государства, последователи которой (Т. Гоббс, Ж.Ж. Руссо, Г. Гроций, А.Н.

Радищев) полагали, что государство есть своего рода договор, в который люди, находившиеся до указанного момента в естественном первобытном состоянии bellum omnium contra omnes― борьбы всех против всех, сознательно решают вступить.

Вечно воюющие субъекты передают часть своей свободы государству в обмен на то, что последнее обеспечит их безопасность и спокойное существование. Согласно этой известной теории именно стремление к спокойствию и мирному ведению хозяйства движет индивидами при частичном подчинении своей воли государственному аппарату.   

Например, обратимся к институту третейского разбирательства. Очевидно, что даже этот атрибут гражданского общества, основу которого составляет свободное волеизъявление сторон, вынужден претерпевать известные лишения со стороны национального права.

По правилам большинства правопорядков лицо, получив решение в свою пользу по итогам рассмотрения дела в третейском суде или международном арбитраже, ищет подтверждения законности такого решения в государственном суде, в частности, посредством института выдачи исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов.

Почему этот механизм необходим не только государству с точки зрения сохранения авторитета национального права, но и самому лицу, в пользу которого принят судебный акт? Ответ прост: потому что так безопаснее, потому что именно в механизме государственного принуждения человек находит удовлетворение потребности в безопасном существовании.

Из аналогичных рассуждений, с моей точки зрения, вытекает и такое безусловное основание для блокирования решения третейского суда, как его противоречие публичному порядку РФ (п. 2 ч. 4 ст. 233АПК РФ).  

Идея «мирового государства». 

Действительно, трудно отрицать, что современные тенденции развития оборота, направленные по существу на преодоление национальных границ, такие как глобализация, европеизация, интернационализация добавляют весомости идее независимости частного права от государства.

Так, в одной из анализируемых статей отмечено, что надгосударственные структуры, в частности, Всемирный банк, уже сегодня располагают механизмами давления на национальных законодателей в сфере частного права и ловко прибегают к их использованию.

Движущей силой здесь является идея образования так называемого «мирового государства» в форме неких отдельных надгосударственных институтов (неокантианская модель) либо в виде всемирной империи (неомарксистская модель).  

Но указанные мировые тенденции, на мой взгляд, разбиваются о политико-правовые аспекты деятельности отдельных государств, которые в конечном итоге всегда направлены на защиту национальных интересов, а в современных условиях – тем более.

Тот уровень единства целей и необходимых для их реализации задач, к которому должно прийти мировое сообщество для претворения в жизнь идеи независимости частного права от государства, на сегодняшний день, как представляется, недостижим.

Возникает вопрос: а должны ли мы вообще стремиться перейти на этот уровень? Не является ли такого рода единство явлением противоестественным? Ведь даже ключевой принцип частного права – автономия воли, подвержен влиянию государства.

Каким образом? Субъекты, сознательно вступая друг с другом в те или иные правоотношения, так или иначе находятся в заданных государством границах дозволенного. Вспомним слова М.А. Бакунина: «Свобода одного человека заканчивается там, где начинается свобода другого».

А регулирование этой самой свободы с точки зрения учета интересов каждого представителя одной общности есть не что иное, как функция государства. Самый яркий пример создания правил частноправового характера без участия государства – lex mercatoria, и тот при более детальном рассмотрении не освобожден от воздействия государства, поскольку идея суверена заложена в самом сознании людей. И купцы, исторически основавшие lex mercatoria, ― не исключение.  

Строго говоря, все хозяйствующие субъекты ― носители того или иного национального права. И даже когда эти субъекты в процессе участия в торговом обороте выходят на наднациональный уровень, они не оказываются свободными ни юридически, ни ментально от власти «домашнего» государства и не могут в полной мере руководствоваться исключительно собственной автономной волей.  

Вывод. 

Подводя итог, отмечу, что мне идея самостоятельного существования частного права ― вне зависимости от государства и его структур, представляется весьма сомнительной.

Право ― это живая материя, а живая она лишь потому, что направлена на регулирование жизнедеятельности людей, которые, в свою очередь, с точки зрения экзистенциальной потребности в безопасности, склонны доверять самому сильному субъекту ― государству.

И обеспечивается это доверие, как ни парадоксально, механизмом принуждения, которым это самое государство исторически располагает. Неслучайно одна из основополагающих дисциплин, подлежащих обязательному изучению студентами юридических факультетов российских вузов, называется «теория государства и права».

Почему эта берущая начало в советской эпохе традиция сохранилась до наших дней? Вероятно, на некоем подсознательном уровне в нас заложено ощущение того, что понятия эти неразрывны, они и исторически, и логически обусловливают друг друга.

Действительно, развиваются указанные явления не всегда равномерно, и политико-правовые тенденции могут создавать предпосылки для ослабления их зависимости друг от друга, которая все же никогда не достигнет нулевого уровня. Значит, справиться с силой так называемого Левиафана в области создания частного права все же вряд ли удастся. И стоит ли? Сомневаюсь.  

Источник: https://zakon.ru/blog/2019/2/25/chastnoe_pravo_bez_gosudarstva_mozhno_li_ubit_leviafana

Государственная и частная собственность

Возможна ли частная собственность без государства
Концепция нравственного государства предполагает, что такое государство доминантно целеполагает в своей деятельности достижение в общественных отношениях преобладания нравственных ценностей-мотиваторов.

Концепция нравственного государства в своем содержании должна отражать выстраивание отношений собственности, и, прежде всего соотношения государственной и частной форм собственности.

Соотношение государственной и частной форм собственности практически всегда выступают ключевым вопросом любой экономической, правовой, философской и множества других теорий, основой для принятия государственных решений, непосредственно влияют на жизнь каждого человека (учиться самому либо учить детей в частных детских садах, школах, вузах или государственных, лечиться самому либо лечить детей и родственников в частных лечебных учреждениях или государственных и т.д.). Несмотря на многочисленные научные публикации, вопросы тенденций развития форм собственности остаются недостаточно исследованы. А ситуация складывается весьма непростая. Если в 1996 году предприятий и организаций, находящихся в частной собственности было 64% от общего числа, то в 2010 году эта цифра достигла уже 84% (см. рис. 1 и 2).

Также неоправданно значительно снижается среднегодовая численность занятых в экономик по формам собственности. В 1992 году 69% занятых было на предприятиях государственной и муниципальной форм собственности, а в 2009 году таких насчитывалось уже 32% (см. рис.3 и 4).

При этом данные Росстата свидетельствуют, что работники частных организаций имеют одну из самых низких среднемесячных начисленных зарплат среди организаций различных форм собственности. Ниже чем в среднем по России, когда как зарплата работников организаций государственной формы собственности превышает средний уровень по стране (см. рис.5).

Складывается общая тенденция  постоянного и неуклонного сокращения государственного сектора, прежде всего мотивируемая его неэффективностью.

Общая тенденция снижения государственного участия в экономике активно поддерживается и продвигается на общегосударственном уровне.

Идеология такой политики была выражена в статье А. Кудрина и О. Сергиенко «Макроэкономическая политика» : «В последние годы роль государственного сектора в российской экономике возросла. По оценкам Минэкономразвития, доля государственных и контролируемых государством компаний достигает 45—50%.

Удельный вес таких компаний в инвестициях составляет около 40%.

В то же время проведенные в ряде стран исследования подтверждают тезис о большей эффективности негосударственных компаний, поскольку они действуют в рыночной среде, механизмы которой обеспечивают более высокую производительность труда, отбор лучших инвестиционных проектов, активизацию инновационных процессов. Таким образом, необходимо сделать акцент на частные компании как основной источник развития, по возможности, быстрее сократить (в идеале — ликвидировать) область нерыночных отношений в российской экономике.
 

При этом заявлено, что «уменьшение государственного сектора должно происходить за счет перехода части бюджетных организаций в частный сектор на добровольной основе при поэтапном сокращении бюджетной составляющей их финансирования (касается прежде всего отраслей социальной сферы, особенно образования и здравоохранения)».
 

Такой подход противоречит общемировым тенденциям и современным теоретическим воззрениям.

  Так, директор Венского Института высших исследований Бернхард Фельдерер в интервью Российской газете заявил: «Россию зря критикуют за госучастие в экономике» .

Согласно его данным, доля соотношения государственных инвестиций к валовому внутреннему продукту в России  сейчас составляет 29 процентов, а в большинстве развитых стран Европы – почти 50 процентов.

Так что еще вопрос: у кого государства больше в экономике.
 

При этом он констатирует: «К сожалению, ваши реформы последних лет предполагали рост только в тех секторах, где есть быстрая отдача. И при этом происходило полное забвение со стороны государства других важных секторов – образования, науки, здравоохранения. В них государственная активность должна была быть явно выше, а финансирование больше».

В этом же русле крупнейший специалист в развитии этой теории Р. Масгрейв писал: “Один рыночный механизм не может выполнять всех экономических функций. Государственная политика необходима для управления, корректировки и дополнения определенных его аспектов.

Этот факт важно понять, поскольку он означает, что соответствующий размер государственного сектора в значительной мере есть вопрос технического, а не идеологического порядка”, аналогичным образом высказался и лауреат Нобелевской премии Дж.

Стиглиц: “Я писал его (учебное пособие), будучи убежденным, что понимание затрагиваемых в нем вопросов является центральным для любого демократического общества.

Среди наиболее важных из этих проблем – вопросы разумного соотношения между государственным и частным секторами, а также то, как правительства могут более эффективно достигать своих целей”.
 

Существует и научно обоснованная позиция по  соотношению между государственной и частной формами собственности.

Е. Балацкий и Н. Екимова приводят конкретные пропорции государственного и частного секторов экономики (см. рис.6). Национальная экономика должна быть разделена на две части таким образом, чтобы доля государственного сектора находилась в районе либо 38%, либо 62%

Применение такого подхода к анализу стран по показателю доли государственных расходов в ВВП показывает, что в настоящее время в зоне риска находятся такие страны, как Австралия, Япония, Швеция, США и Россия. Причем если Швеция рискует из-за слишком громоздкого госсектора, то Австралия, Япония, США и Россия рискуют из-за неоправданно сильного уменьшения госсектора.

Современная абсолютизация частной, в особенности индивидуальной, формы собственности становится тормозом для развития государств как в мире, так и в России.

Между тем, общим для исследователей является мнение, что некая форма совместной собственности предшествовала появлению индивидуальной собственности. В свое время совместная собственность позволяла выжить и обеспечить выживание слабым членам первых общностей.

 В дальнейшем, появилась индивидуальная собственность, ставшая  в глазах обществ всех формаций поистине универсальной.

Вместе с тем, обоснованность (целесообразность) сохранения права на индивидуальную собственность подвергалась сомнению.

Очевидно, что в условиях даже наиболее совершенных законодательных систем собственность зачастую приобретается и распределяется неудовлетворительным способом. В то время как одни становятся богатыми в результате бесчестных поступков или благодаря стечению обстоятельств, другие, трудолюбивые и одаренные, имеют лишь скромный достаток.

Дети наследуют состояние своих родителей-богатство, которое они не заработали, и нужду, которую они не заслужили. И поскольку богатство является наиболее мощным инструментом приобретения еще большего богатства, эти злоупотребления и неравенства не исчезают.

Однако, инстинкт собственности столь глубоко коренится в человеческой природе, а выгоды этого института столь велики, что никогда не нуждался в теоретических защитниках.

Между тем, возрастает число сторонников активного развития контроля над любыми  собственниками (находятся ли объекты в частной либо государственной собственности).

 Даже в таком «либеральном» государстве как Великобритания, где за последние 25 лет было объявлено о денационализации и приватизации около ста государственных компаний, в результате чего государственный сектор сократился на две трети, правительство продолжает контролировать их деятельность.

В каждом из секторов услуг – электро-, газо-, водо-, теплоснабжении, телекоммуникационных сетях, транспортных системах – созданы специальные регулирующие органы, призванные стимулировать конкуренцию в интересах потребителей.

Их руководство назначается соответствующими министрами; оно обязано согласовывать с правительством свои планы, принципы, оценки инвестиций и ценообразования, финансовые цели, лимиты внешних заимствований. Проводит систематический мониторинг деятельности национализированных предприятий. Вопрос: на каких основаниях и в каких пределах должна существовать  собственность индивидуальная или совместная? И на какие объекты?

Ответ на этот вопрос при первом подходе может быть таков:

чем крупнее собственность (особенно это касается средств производства, градообразующих предприятий, моногородов, предприятий как имущественных комплексов и др.), тем больше ограничений должно быть возложено на индивидуальную собственность с государственным и общественным контролем.

Индивидуальная собственность, соответствующая нижнему уровню установленных законом социальных стандартов, должна быть освобождена от налогообложения, доведение до нижнего уровня социальных стандартов может дотироваться государством за счет общественных фондов потребления.
 

На индивидуальную собственность, превышающую установленный законом верхний предел социальных стандартов, должны быть наложены дополнительные ограничения как финансовые так и иного рода (налог на роскошь, ограничения на продажу недвижимости, полученной в результате наследования и др.).

Земельные участки также должны быть ранжированы по размерам и видам использования.

Земельные участки под жилыми домами, являющимися единственным местом для проживания в пределах установленных размеров  по установленным социальным стандартам, должны быть освобождены от налогов, а также распределяться по единым правилам местными органами власти под государственным и общественным контролем.
 

Сельскохозяйственные земли должны быть оформлены во владение лицам и организациям ее обрабатывающим. Индивидуальной собственности на эти земли быть не может. Государство и общество оставляют за собой контроль за использованием этих земель. Предоставление, как и изъятие из владения сельскохозяйственных земель происходит в установленном законом порядке.
 

Иные природные ресурсы как находящиеся в земле, так и добытые полезные ископаемые и иные природные ресурсы, не могут находиться в индивидуальной собственности. Государственные органы от имени государства наделяют правом   пользования  с правом продажи добытого природного ресурса с передачей государства части дохода от его реализации на условиях, установленных законом.
 

Таким образом, можно сделать вывод, что тенденция к абсолютизации индивидуальной частной собственности противоречит интересам общества и не соотносится с концепцией нравственного государства.

Государственный сектор в государстве должен быть, его долю необходимо установить исходя из общественных потребностей, которые определяются гражданами страны и законодательно закрепляются.

Данные положения не противоречат законодательству и, прежде всего, Конституции РФ.

 Но в то же время установленная в статье 8 Конституции норма о признании и защите равным образом частной, государственной, муниципальной и иных форм собственности не означает и не ведет к равенству правовых режимов различных форм собственности. Особенности же правовых режимов различных форм собственности целесообразно установить законом.

Продолжение же проводимой сегодня политики сокращения государственного сектора экономики, особенно это касается сфер образования и здравоохранения, губительно для страны.

Вернуться на главную

*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН), «Азов», «Террористическое сообщество «Сеть», АУЕ («Арестантский уклад един»)

Источник: http://rusrand.ru/analytics/gosudarstvennaja-i-chastnaja-sobstvennost

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.